В которой работа Общества была раскритикована за то, что в его деятельности имели факты захвата стариной. Данный документ стал направляющим в работе государственных и общественных институтов, которые на практике начинают руководствоваться негласным принципом, согласно которому численность памятников дооктябрьского периода Украина не должна была превышать 30% от общего количества учтенных памятников. Ранее принятые постановления и решения так и не были введены [39, с. 31].

К середине 70-х гг с 1346 памятников архитектуры, которые находились под охраной государства, 479 требовали экстренных консервационных или ремонтно-реставрационных мероприятий. В 1974 г. более 130 памятников использовались под склады и цеха промышленных предприятий, около 280 не имели хозяина вообще [34, с. 44]. Советское руководство, несмотря на все привержены словесные декларации, не было заинтересовано в восстановлении уничтоженных им же храмов. Большинство культовых сооружений так и остались в запущенном состоянии, что вызывало их аварийность. Отдельные сакральные объекты официально были взяты под защиту государства, однако не только не реставрировались, но даже не охранялись.

Итак, в середине 1960-х — первой половине 1970-х гг Церковь оставалась полностью подчиненной советскому государству, откровенно пренебрегала его законные права и интересы. Монополия на регулирование численности церквей оставалась в руках государства. В указанный период благодаря последовательной позиции украинских краеведов, краеведческих организаций и ячеек, в частности, Украинского общества охраны памятников истории и культуры, удалось в какой-то мере активизировать работу по охране сакральной наследия.

Однако, данное дело не было поставлено на уровень важных государственных задач. Ограничения, руководящее вмешательство и самоуправство партийно-государственных функционеров в религиозной сфере в середине 1960-х — первой половине 1970-х гг вызвали безвозвратные потери как в сфере материального, так и духовных достижений результате разрушения объектов культового назначения.

Президиум Верховного Совета УССР принял Указ «Об административной ответственности за нарушение законодательства о религиозных культах» и Постановление «О применении статьи 138 Уголовного кодекса Украинской ССР». Однако, большинство законодательных актов, которые гарантировали свободу совести, по существу оставались только привлекательными декларациями, которые не имели положительного значения для развития православной церкви в Украине.

Отношение партийно-советского актива в церкви и верующих существенно не изменилось. Всего в республике сеть действующих православных церквей за период 1948 — 1966 рр. сократилось с 9771 до 4540 (46,5%). В областях, которые имели большое количество пустующих культовых сооружений, не шла на спад религиозная активность верующих. В июле 1966 г. в УССР 238 религиозных общин добивались восстановления церковных служб [14, л. 30, 55].

В период так называемого «застоя» массового закрытия церквей не происходило, однако власти не спешили открывать и храмы, закрытые ранее. Иногда, довольно неохотно, государство шло навстречу просьбам верующих, регистрируя закрыты в предыдущие годы религиозные общины и возвращая церковные помещения. Так, 31 августа 1966 Овруцкий райисполком Житомирской области вынес решение о регистрации религиозной общины с. Новый Дорогин, признав неоправданность ее снятие с регистрации и исключения молитвенные в 1962 г. [26, л. 128] В 1960 г. в с. Кунка Гайсинского района Винницкой области верующим запретили посещать церковь, помещение которой было признано аварийным. Лишь в ноябре 1966 г. комиссия в составе областных специалистов сделала вывод, что сооружение нуждается в капитальном ремонте [27, л. 115].

В 1966 г. в СССР был проведен ряд мероприятий, направленных на улучшение дела охраны и пропаганды памятников истории и культуры. Госстрой УССР разработал в 1967 — 1970 рр. план неотложных первоочередных консервационных и ремонтно-реставрационных работ по ценным памятникам архитектуры [28, л. 37].

Такая ситуация негативно повлияла на охраны памятников, порождала конфликтные ситуации. Недостаточность ремонтно-реставрационной базы негативно сказалась на сохранении памятников, часто провоцировала их снос. В ряде городов СССР находилась значительное количество ценных культовых памятников, требующих ремонта и реставрации, некоторые из них находились в остро аварийном состоянии.

По отношению к памятникам архитектуры практически не использовалась статья 207 Уголовного кодекса, которая предусматривала наказание за умышленное уничтожение, разрушение или порча памятников культуры, взятых под охрану государства [17, с. 431]. За 1964 — 1965 годах была разрушена деревянная церковь Покрова Пресвятой Богородицы (1756 г.) в с. Андреевка (Фирлеивка) Бугского района Львовской области [18, с. 50]. Тогда же уничтожили колокольню разрушенной в 1930-х гг Успенской церкви (XVIII в.) в с. Стахорщина Новгород-Северского района Черниговской области. В мае 1965 г. в с. Русское Поле Тячевского района Закарпатской области силами школьников под руководством директора местной школы (одновременно учителя истории) была разобрана на дрова и впоследствии сожжена деревянная Николаевская церковь (17 в.). Того же года в селе разобрали церковь Св. Иоанна Крестителя (16 ст. ), в с. Плавье Свалявского района уничтожили Николаевскую церковь (нач. 18 в.) [19, с. 131 - 132, 146, 164]. Подверглись уничтожения и другие уникальные сакральные сооружения.

По количеству древних памяти «достопримечательностей истории и культуры одно из первых мест в Европе занимал Киев. Но уже в середине 1960-х гг сохранились лишь их единицы. Вопрос выработки серьезных подходов к эксплуатации архитектурных памятников поднимали в 1965 г.

За двадцать послевоенных лет в СССР были сняты с регистрации 5231 православная церковь и молитвенный дом. Большое количество высвобожденных культовых помещений после соответствующего переоборудования освоили под социально-культурные учреждения (1653), складские помещения (794) и жилье (209). Многие сакральных сооружений, находящихся в «аварийном» состоянии, разобрали. 1209 церковных помещений в республике вообще не использовались. Более 77% неосвоенных культовых сооружений находились в 7 областях республики. В частности, во Львовской области — 369 из 608 снятых с регистрации, Тернопольской — 178, Ивано-Франковской — 203 и Ровенской — 83. Фактически не осталось неиспользованных церковных сооружений в Днепропетровской, Донецкой, Запорожской, Кировоградской, Полтавской и Херсонской областях [14, л. 56].

В 60 — 70-е гг. в советском обществе актуальным оставалось задачу превращения историко-культурного наследия в орудие партийно-большевистского воспитания. [15, с. 156]. Сильно сокращены ассигнования на консервацию и реставрацию памятников архитектуры в предыдущие годы не позволяли провести даже первоочередные работы, необходимые для спасения от гибели многих произведений древнего зодчества. Важность дела сохранения культурных ценностей недостаточно осознавалось даже теми органами, которые должны были их охранять.

Мастерские, которые не имели соответствующих производственных мощностей, как правило, уклонялись от ремонтных работ, а органы охраны памятников, не имея достаточных прав, не проявляли настойчивости в их своевременном проведении [16, с. 9 - 10, 12]. В республике не было единого хозяина памятников. Так, достоянием истории, археологии, искусства ведало Министерство культуры УССР, а памятниками архитектуры — Госстрой УССР.

Из других областей и республик СССР. Высокой была активность верующих, которые морально и материально поддерживали Лавру [10, л. 126, 130]. Не по-оставляя своих замыслов по уничтожению святыни, 15 — 16 июля 1965 карательные советские органы устроили погром паломников Почаевской Лавры, пришедшие на Лаврском кладбище, не имея другого места для ночлега [11, с. 1062].

Видя в религии силу, враждебную идеалам советского общества, партийно-государственные структуры продолжали выискивать всевозможные меры, чтобы не допускать регистрации новых религиозных объединений, под любыми предлогами продолжали закрывать действующие церкви, молитвенные дома. В Ивано-Франковской области в результате проведенной работы до 1965 г. прекратили свою деятельность и были сняты с регистрации 282 церкви, разрушены 10 тыс. крестов и часовен. На середину сентября 1965 г. на учете уполномоченного находились лишь 374 религиозные общины РПЦ. Богослужение совершалось в 210 церквях. В Тернопольской области в 1964 г. был снят с регистрации за 8 месяцев 1965 г. — 8 религиозных общин. Если в 1940 г. на Буковине действовало 425 православных церквей и 6 монастырей, то в сентябре 1965 г. в области функционировали только 264 церкви. Из 68 православных общин Херсонской области, которые находились на регистрации в 1962 г., в 1965 г. осталось 60, из которых фактически действовали 43 [12, л. 40, 47, 68, 73]. По состоянию на 15 октября 1965 г. в Луганской области было зарегистрировано 66 православных общин, церковные службы проходили регулярно в 62 церквях и молельнях [13, л. 208].